статья «Небесные покровители»



  Русскому поэту Георгию Иванову довелось жить в той России, которая была ещё царством. После революции он уехал за границу. И вот однажды, когда он, тоскуя по родине, смотрел на фотографию семьи последнего русского царя Николая II, в его уме сложились такие строки:

 Эмалевый крестик в петлице
 И серой тужурки сукно...
 Какие прекрасные лица,
 И как это было давно.
 Какие прекрасные лица,
 Но как безнадёжно бледны –
 Наследник, Императрица,
 Четыре Великих Княжны.

 Скромный, средних лет, с простым русским лицом военный («рядовой Николай Романов» – он любил, чтобы его так называли), царь в стихотворении Георгия Иванова показан как современный, исключительно привлекательный человек. Но даже и для поэта, написавшего это стихотворение спустя всего несколько лет после крушения старой России, «это было давно». «Давно» потому, что это была другая эпоха – в революции порвалась связь времён, между прошлым и настоящим разверзлась пропасть.
 Почему же в глазах императрицы, несмотря на всю величественность её фигуры на фотографии, такая печаль? И почему бледны, грустны красавицы-царевны и их брат? От предчувствия своей обречённости и конца старого мира; из-за вещего знания того, что их ждёт скорая и страшная смерть: в ночь на 17 июля 1918 года царь и его семья вместе с преданными слугами будут зверски убиты в подвале дома инженера Ипатьева в Екатеринбурге.
 Первые годы царствования Николая II были благоприятными и, казалось, обещали России процветание. Николай выступил с инициативой созыва международной конференции мира, которая была проведена в Гааге в 1899 году. Конференция определила принцип мирного разрешения международных конфликтов. Сколь же трагичным оказалось то, что на его долю выпало вести кровопролитные войны...
 В правление Николая II Россия неуклонно становилась великой индустриальной державой: за 20 лет производительность русской промышленности увеличилась вчетверо. Россия являлась тогда кормилицей всей Европы: в 1913 году урожай хлеба у нас был на треть выше, чем в США, Канаде и Аргентине, вместе взятых! Росло народонаселение; российский рубль был подлинно золотым, ибо денежное обращение более чем на 100% обеспечивалось золотой наличностью.
 Служение народу Николай II воспринимал как свою священную обязанность; к подданным он относился как любящий отец. В исторической памяти сохранилось множество случаев особенно трогательного отношения государя к простым людям. Царь обладал высочайшим правом помилования приговорённых к смертной казни: торжество христианской любви над всеобщей юридической нормой в этой государственной привилегии, данной Божиему избраннику, проявлялось особенно ясно. Царь нередко пользовался этим своим правом и всегда проверял, насколько точно осуществляли его распоряжение; а однажды он даже отправил помилованного государственного преступника в Крым лечиться, снабдив его деньгами. К России Николай II относился не сентиментально, но религиозно: служение Родине для него не отделялось от служения Богу. Царь был представителем национальной русской культуры и такой надмирной реальности, как Святая Русь.
 (Из книги Натальи Бонецкой «Непознанный мир веры». Продолжение следует.)


« Вернуться к содержанию